Андрей Рубанов. «Делай, как он»

Первое сентября; снова в школу.

Вольфганга Амадея Моцарта с раннего детства готовили к карьере музыканта. И  Моцарт оправдал все авансы, стал великим музыкантом и гениальным композитором. Умер совсем молодым.

А Поля Гогена с детства готовили к карьере коммерсанта. Гоген стал успешным коммерсантом, однако в тридцать пять бросил бизнес и занялся живописью. Деньги кончились, жена забрала детей и ушла. Гоген уехал на край света, в Полинезию, там писал свои картины и там умер. При жизни он продавал свои полотна за гроши.

А Чарльза Буковски никто не готовил к карьере. Чарльз рос в бедной семье. Образования не получил и всю жизнь едва сводил концы с концами, работая на тяжелых работах. Большой кусок жизни – больше десяти лет – прослужил почтальоном. Ему было за пятьдесят, когда он написал и опубликовал свой первый роман «Почтамт». Сейчас книги Чарлза Буковски читает весь мир.

Иногда свою дорогу видно сразу. Иногда – ничего не видишь, плывешь по течению. Ваш покорный слуга в пятнадцать лет твердо знал, что будет писателем. И представлял собой ходячую иллюстрацию к песне Цоя: «Тот, у кого есть хороший жизненный план, вряд ли будет думать о чем-то другом». Но спустя десять лет он вдруг обнаружил себя финансистом-биржевиком, нажимающим кнопки торгового терминала. Он был богат и гордился собой. Писателем он сделался еще спустя десять лет, когда богатство испарилось вместе с гордостью.

В Советском Союзе молодых людей приучали к раннему – и, желательно, окончательному – выбору профессии. В семнадцать решил быть сталеваром, – пошел на завод и варишь сталь. Желательно, чтоб потом и сын твой делал то же самое. Называлось – «рабочая династия». Людей, часто меняющих место работы, не любили, для таких имелось оскорбительное прозвище «летун».

Сейчас, по-моему, профессиональной ориентацией никто не занимается. Ибо она есть часть идеологии, а на это дело нынче у общества легкая аллергия. Государство не знает, что делать с народом, чем занять сто миллионов рабочих рук. Вроде бы нужны инженеры, обслуживать нефтяные вышки и газовые трубопроводы. Вроде бы нужны конструкторы, создавать ракеты и подводные лодки. Вроде бы нужны солдаты и милиционеры – охранять граждан от внешних и внутренних врагов. Но нужны как-то не очень, не кровь из носу. Нигде не видел я плаката, или рекламного щита: «Будь инженером, ты нужен стране!» По телевизору – мелодрамы и ментовские войны. Одноглазый идет по следу Косого. В газетах – скандалы, аресты, спортивные репортажи. В кино – супергерои в обтягивающих штанах.

Друзья моего сына, восемнадцатилетние парни, после школы сгоряча пошли учиться на теле-операторов и спортивных менеджеров, но уже спустя год забросили науки и трудоустроились официантами и барменами. Зарабатывают по тридцать-сорок тысяч.

Родственник моего друга, назовем его Дима, двадцатилетний парень, влюбленный в автомобили, трижды поступал в Автодорожный институт, на бюджетное отделение – и трижды проваливался. Но руки не опустил и однажды попал на предприятие, производящее автомобили «Маруся». Возглавляет это дело шоумен Николай Фоменко. Шоумена не смутило отсутствие диплома у двадцатилетнего Димы. Теперь Дима строит суперкары и зарабатывает по полтора миллиона рублей в год.

Мы пребываем в ситуации хаоса. Когда каждый сам за себя. Когда молодой человек вынужден «пробиваться», полагаясь только на собственные силы. Когда университет не гарантирует знаний, а диплом не гарантирует трудоустройства. Когда повсюду торжествует принцип: берем только своих! Хороший принцип,  понятный любому идиоту. Так везде, и в Кремле, и в правительстве. Сидел себе мужик, продавал мебель, диваны и табуретки всякие – но правильно женился и стал министром обороны. Сердюков его фамилия.

Но ведь правильных невест на всех не хватит. И не всякий семнадцатилетний готов днем стоять за барной стойкой, а вечерами сидеть за учебниками. В одиночку трудно. Пробивается один из ста, из тысячи. Остальные опускают руки, пропадают, увязают в обстоятельствах. Молодому человеку нужна помощь. По крайней мере, совет. Молодой человек любит смотреть вокруг себя, ему нужен пример, ему нужен авторитет. А кто нынешние авторитеты? Чемпионы по боям без правил?

Не надо тянуть с выбором пути, но не надо и спешить. Не надо смотреть в рот советчикам – но не надо и пренебрегать чужим опытом.

А вот что надо делать обязательно – это найти себе пример. Не кумира, не идола, – человека, у которого не грех поучиться.

Не подражай. Не верь слепо. Но – обращайся, хотя бы иногда, к опыту тех, кто уже ходил по твоей дороге.

Один американский инженер изобрел пулемет. Американское правительство не заинтересовалось изобретением. Инженер, решительный человек, эмигрировал в Великобританию, – но и там его пулемет не был никому нужен. Инженер был так уверен в своей идее, что потратил на ее продвижение пятнадцать лет – и в конце концов победил. Инженера звали Хайрем Максим. Сейчас это мой пример, я учусь у инженера Максима упорству и терпению, хотя создаю отнюдь не пулеметы.

Не ищи схему, не ищи принцип, не ищи идею. Ищи человека, который несет эту схему, принцип, идею. Не ищи себе Бога, – ищи опытного единомышленника. Найдя его, атакуй вопросами. Цени такого товарища и уважай его.

Мы – первые люди, живущие в Интернете. Кроманьонцы цифровой эпохи. Нам не нужны учебники, мы за полминуты входим в «Википедию», и еще через пять минут нам кажется, что мы знаем все или почти все. Это опасная иллюзия. Главным носителем знания является человек. Ищи такого человека, и он научит тебя главному: ясному, системному мышлению.

Не оставайся один. Ищи второго. Ищи носителя опыта. Перенимай. В информационном обществе ценность единомышленника, советчика, наставника не только умаляется, – но возрастает. Только то имеет ценность, что передано из уст в уста, из глаз в глаза.

Поиск себя – это всегда поиск другого. Второго.

А когда сам победишь, реализуешь свои идеи, когда «пробьешься» и добьешься – тогда ищи вокруг себя того, юного, начинающего. Его узнаешь сразу. Опять же, по глазам. Спроси его: что, друг, трудно? Мне тоже было трудно. Но у меня получилось – значит, и у тебя получится.